Брестчане о конфликтах с близкими из-за ситуации в стране

16 сентября 2020 в 10:18
Поделиться
Отправить
Класснуть

В понедельник журналисты «БГ» поговорили с прохожими и узнали, как изменилась жизнь горожан за эти недели после президентских выборов, обсуждают ли события в стране с родными, друзьями и нет ли конфликтов на этой почве. Также мы попросили собеседников рассказать, какие чувства они испытали из-за происходящего после 9 августа.

Анна, безработная:

Когда я шла на выборы, было ощущение, что ничего не изменится. Когда отключили интернет, была злость, потом — смирение. Но когда через два дня мы наконец увидели новости и то, что сделали с людьми, меня охватил ужас. А некоторые наши местные «блогеры» начали выкладывать фото своих завтраков и писать: «Доброе утро!». Я была в недоумении: серьезно, доброе утро? Людей пытают в СИЗО, а у них доброе утро! Злость и негодование… Многое изменилось за последние недели. Появилась масса переживаний и страхов. А в 21 веке ненормально жить в страхе. Но я выхожу на марши, участвовала в акциях женской солидарности. Следим за новостями, слушаем, что говорят экономисты, политики. К сожалению, у меня серьезные разногласия с мамой по этому поводу. Вчера вот заехали на чай и снова поссорились. Была неделю у бабушки. Там, кроме государственных каналов, ничего не показывают. Меня трясет от этой лжи, а они верят всему, что там говорят. И я понимаю, что именно телевизионная пропаганда разделяет наше общество. Пожилые люди говорят, что мы еще не видели худшей жизни. Но я хочу видеть не худшую, а лучшую жизнь.

Евгений, водитель:

Я стал более активным как гражданин: хожу на акции по воскресеньям, слежу за новостями, интересуюсь аналитикой. С семьей события обсуждаем. Конфликтов нет, потому что с женой, детьми, зятем, невесткой у нас одинаковые взгляды. С одной стороны, чувствую воодушевление, с другой — злость на представителей власти. Не могу видеть всю эту ложь, весь этот маразм. Мы — еще ладно, через несколько лет отойдем. Но хочется, чтобы дети и внуки жили нормально. И я верю, что скоро наступят перемены. Я церковный человек и вижу в происходящем Божью волю, Божий промысел.

Студентка Владислава и фотограф Диана:

9, 10, 11 августа были кровавыми и страшными. Нам буквально каждые полчаса звонили друзья из автозаков и просили сообщить родителям, что их задержали. Из моего окружения многих, очень многих позабирали. Друг отсидел 30 суток, вышел и продолжает ходить на митинги. Родственники придерживаются такой же позиции, как и я, в том числе мой 10-летний брат. Я не понимаю, как власти могут думать, что после этого люди сдадутся? Если бы у меня забрали, допустим, маму или кто-то умер, это была бы ненависть и жажда мести на всю жизнь. Как раньше, уже не будет никогда. Люди не замолчат и не перестанут выходить.
Тревога появилась. Морально тяжело, ведь все это касается тебя непосредственно. Не знаешь, доберешься ли ты в воскресенье до работы. И пешком идти опасно, и ехать в транспорте. В первую неделю-полторы вообще было сложно переключиться на что-то. Было так больно за свой народ… А мой папа голосовал за Лукашенко. Я подписала его на все основные телеграм-каналы, но закончилось тем, что каждый все равно остался при своем мнении. Мы до сих пор не разговариваем.

Игорь, главный инженер:

Я с родителями постоянно ругаюсь. Они считают так: если кого-то задерживают — значит, так и надо, есть за что и вообще нечего ходить, надо работать, а не шествовать по улицам. Вчера я шел по Пушкинской, чтобы ребенка забрать, и чуть не попал под раздачу. Уже за плечо схватили, но послушали, когда я пояснил, что иду по своим делам. Родители же наши смотрят белорусские каналы и слушают эту пропаганду. Когда пытаюсь показать им реальные видео с улиц, не хотят ничего смотреть. Сразу после выборов у меня было приподнятое настроение. Но потом охватил ужас, когда узнал, что делают с протестующими. Сейчас в центре города находиться небезопасно: возможно, что ты окажешься не в то время и не в том месте. Но большинство людей уже не боятся быть задержанными. Молодежь вообще бесстрашная: ну, посадят, ну, дадут штраф, хватит уже бояться.

Ирина, ведущий бухгалтер:

Если раньше политика мало интересовала, то сейчас каждый день смотрим новости, обсуждаем события. Бывают и конфликты. У меня мама — человек еще «тех времен». Конечно, стараемся не ссориться, ведь это ближайший родственник. Но сложно смириться с тем, что человек вбил себе что-то в голову и всю альтернативную информацию воспринимает как заведомо ложную. Большую роль здесь играет телевидение, конечно. Для старшего поколения это авторитет: там не может быть неправда. Чувствую негодование, несогласие и беспомощность, поскольку нет никаких структур, которые стояли бы на стороне закона и нашли управу на тех, кто его нарушает.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент текста с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter.

Чтобы комментировать, .