«В детстве милиционеры с этого участка угощали нас конфетами»: история задержания в Бресте

8 сентября 2020 в 16:31
Поделиться
Класснуть
Отправить

В объектив фотографа «БГ» Олега Полищука попало задержание женщины на Марше единения в Бресте 6 сентября.

Оказалось, женщина на фото — это Наталья Якушина. О том, что случилось с ней в тот день, Наталья очень подробно рассказала у себя на странице в соцсети. С ее разрешения приводим немного сокращенную версию случившегося.

В воскресенье Наталья пошла на традиционную воскресную мирную акцию протеста. Сначала женщина пришла на площадь Ленина, но людей там оказалось совсем мало — стало понятно, что, видимо, они собираются где-то в другом месте. В итоге протестующие нашлись возле памятника 1000-летию Бреста. Когда людей собралось довольно много, колонна, в которой была и Наталья, двинулась по Советской в сторону Машерова.

По дороге, как всегда, люди радостно приветствовали протестующих, машины гудели в знак солидарности. С балконов неслись приветствия, прямо рядом с отделением милиции кто-то повесил плакат «Музыка с народом» и громко включил «Интернационал». По дороге не попалось ни одного милиционера. Но как только колонна поравнялась с милицейским участком, там бросили пить чай и выбежали подавлять демонстрантов, — рассказывает Наталья.

По ее словам, люди в черном начали грузить в автозаки всех подряд, без всякого предупреждения и уговоров разойтись.

Мужчина шел с мальчиками-близнецами лет 12, на них напало сразу трое этих черноголовых, мальчики заплакали, их в конце концов отпустили. Женщины стали плакать, отбивать всех… Я снимала прямо в эпицентре, меня не трогали. Хотел один меня тоже взять, но другой сказал: «Пропускай эту женщину». И меня оставили в покое. Я еще поснимала и решила идти домой, а то телефон еще отберут. А мне хотелось донести это видео до фейсбука, — говорит Якушина.

Однако увидев бегущих назад в участок милиционеров, она опять включила камеру на телефоне — тут-то ее и повязали: «Подошли двое, взяли меня под локотки и отвели меня в мой родной участок милиции, рядом с моим домом, где мы в детстве всех милиционеров знали, они нас угощали конфетами».

В комнате, куда привели Наталью, сидели еще две девушки. Одна из них попросила воды — ей налили. А вот на просьбу Якушевой пойти в туалет ответили отказом — мол, в отделении его нет.

Отбирали телефоны. Две девушки сдали свои, а я сказала, что ничего им не отдам, и вообще телефон я потеряла при грубом задержании. И сумку не дам: говорят, они деньги воруют у протестующих. И вообще, я – гражданка России и пусть зовут посла. Задержали меня незаконно. Я шла одна, не кричала никаких лозунгов, не несла плакатов, я турист, снимала видео. Разве нельзя в Беларуси снимать видео? — спрашивает женщина. — Показала им российский паспорт, удостоверение «Пресса» от Интернационального Союза писателей, билет члена Союза писателей Москвы, билет Национальной Ассоциации Драматургов… После чего мне угрожали депортацией».

Наталью и ее соседок пробивали по базе. Одна из них рассказала милиционеру, что ее задержали за то, что она несла плакат.

А другая девушка вместо ответа начала кричать: «Сволочь, тебе не стыдно?! Мы все ваши лица запомним, мы не простим! Уроды! Как вы будете с этим жить?! Я задержана за то, что не согласна с результатами выборов! Твари! У меня ребенок остался на улице один, ему четыре года!»

По словам Натальи, мать просила найти ее ребенка, но на ее просьбы не обращали внимания. Потом у нее зазвонил телефон, ей его принесли и показали, но ответить на звонок не дали, хотя женщины говорили, что это может быть важный звонок о ее ребенке. Потом выяснилось, что ее мужа, отца мальчика, тоже забрали с улицы.

Милиционер начал говорить: «И чего вы ходите, мешаете гулять, отдыхать гражданам. На вас жалуются». Девушка с ребенком начала кричать: «Чего ходим? А чего президент нарисовал себе 80%?!» А я спокойно говорю: «А знаете, покажите хоть одно заявление от горожан, которые жалуются на протестующих». Милиционер заулыбался под маской, но ответил, что не может показать, чтобы не светить фамилии заявителей, — рассказывает Наталья.

Спустя какое-то время мальчика привела в участок незнакомая женщина, которая увидела его одного на улице. Она предложила матери забрать его с собой или отвести родственникам. Когда шокированный ребенок забрался к маме на колени и обнял ее, женщины заплакали. Наталье показалось, что и милиционеров эта сцена немного тронула. Женщина, которая привела ребенка, начала отчитывать их за то, что забрали родителей, оставив малыша совсем одного на улице. На вопрос «У вас самого нет детей, что ли?» милиционер ответил, что его дети дома, и когда они вырастут, то «не будут ходить на митинги, а станут гордостью Беларуси, будут спортсменами».

Наталья достала из сумки диктофон, чтобы записать трогательную сцену с мальчиком. Тут же прибежали еще сотрудники, отобрали диктофон, опять проверили ее сумку и отвели в дальнюю комнату, приставили «охрану». По ее словам, ей без конца задавали одни и те же вопросы, опять проверяли сумку.

Люди, которые были к ней приставлены, по мнению Якушиной, не были похожи на местных милиционеров — слишком загорелые и говор или белорусский, или украинский: «ОМОНовцы какие-то щуплые были, с меня ростом. Я спросила, откуда они. Не знаю, отвечали ли они правду, но один сказал, что он из Малориты, другой, что из Украины, из Одессы, и через пять дней собирается назад, третий сказал, что он из Брянска. Было такое чувство, что они ничего не боялись».

Потом какой-то начальник требовал Наталью сдать всех организаторов митинга в обмен на освобождение, потом пришла какая-то женщина в гражданской одежде и заявила, что в диктофоне Натальи отсутствует карта памяти, а, значит, она спрятана и нужно ее найти. Наталья воспротивилась и долго требовала предъявить служебное удостоверение.

Тут женщина рассвирепела, типа, она и так вся на нервах, а тут я еще ее достаю. И они вдвоем с одесситом стали заламывать мне руки, особенно одессит старался, прямо работал от души, и они отобрали сумку. Женщина вынула все из сумки, внимательно осмотрела — ничего опять не нашла. Только спросила, что за газета. Я говорю: «Подмосковье сегодня», там есть интересная статья «Из-за парты в космос», хотите почитать?» Я попросила Бога, чтоб она не увидела, что позади рюкзака у меня есть еще один карман, где лежал смартфон. И Бог меня всегда слышит. Она не увидела. Нашла три флешки. Стали проверять, — рассказывает Якушина.

Ничего «политического» в итоге не нашли.

Дальше, по словам Натальи, опять были требования сдать организаторов и угрозы отправить в ИВС на 15 суток и т. д. А потом пришел милиционер и сообщил, что ее решили отпустить.

Я попросила назад диктофон. Мне принесли его поломанный, словно кто-то ногой наступил. Я попросила копию протокола, которую мне обещали. Милиционер посмотрел на меня так, словно я совсем обнаглела, процедил сквозь зубы: «Идите уже» и открыл мне дверь. В первый раз я почувствовала, что это такое — оказаться на свободе.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент текста с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter.